Вопросы, заданные Б.Н.Стругацкому накануне открытия фестиваля.

- Борис Натанович, на наших глазах затонула Новая Атлантида - СССР. Другая жизнь, другие книги: А из тех, что ещё мерцают сквозь пучину, что-то для других времён останется? Из той же фантастики?

- Каждая сколько-нибудь приличная книга живёт два человеческих поколения: пока её читают отцы и - пока отцам удаётся убедить своих детей, что книжка стоит чтения. Далее, как правило, наступает книжкина смерть. Хотя, разумеется, известны и многочисленные исключения. "Сквозь пучину мерцают" и долго ещё, видимо, будут мерцать и Остап Бендер, и дядя Стёпа, наверняка долгая жизнь уготована Мастеру и Маргарите: Большинство же книг того времени умерло навсегда. Они уже забыты, и вряд ли кто-нибудь когда-нибудь захочет их перечитать. Коньюктурность, откровенная и даже назойливая коньюктурность - вот что их загубило, вот что их свело преждевременно в могилу, хотя и писались они зачастую чрезвычайно талантливыми людьми. (Однако же, "Аэлита", тем не менее, имеет хороший шанс выжить. Вот пример того, как талант оказывается сильнее времени!)

- В своё время Аркадий Натанович не раз высказывал ту мысль, что несмотря ни на что, лучшей идеи будущего, чем коммунизм никем пока не придумано. А Вы как считаете?

- Мир, в котором человек не знает ничего нужнее, полезнее и СЛАЩЕ творческого труда. Мир, где свобода каждого есть условие свободы всех остальных и ограничена только свободой остальных. Мир, где никто не делает другому ничего такого, чего не хотел бы, чтобы сделали ему. Мир, где воспитание человеческого детёныша перестало быть редкостным искусством и сделалось наукой: Разумеется, ничего светлее, справедливее и привлекательнее такого мира пока ещё не придумано. Беда здесь в том, что само слово "коммунизм" безнадёжно дискредитировано. Чёрт знает, какие глупости (и мерзости) подразумевается сегодня под термином "коммунистическое будущее". Жестокая, тупая диктатура. Скрученная в бараний рог культура. Пивопровод "Жигули-Москва". Мир на халяву: Красивую и сильную идею залили кровью и облепили дерьмом. Воистину - идея брошенная в массы, словно девка, брошенная в полк".

- Кто из критиков российских или зарубежных впервые увидел в братьях Стругацких нечто выходящее за рамки фантастики и какие Ваши вещи, на Ваш взгляд, сыграли в этом свою роль?

- АБС никогда не выходили за "рами фантастики". За рамки НАУЧНОЙ фантастики - да, вышли, и уже давно, после "Попытки к бегству". Кто первый обратил на это внимание - вспомнить теперь уже невозможно. Я помню статьи Михаила Нудельмана, главным образом, впрочем, не публиковавшиеся. Очень серьёзные и глубокие тексты Олега Шестопалова, которые небыли опубликованы нигде и никогда. (Олег, где Вы? Как Ваши дела?) Замечательную статью А. Лебедева по поводу "Улитки" ("Новый мир" 1968 год): "Трудно быть богом", "Хищные вещи века", "Улитка на склоне", "Второе нашествие марсиан" - все эти вещи выбивались из тогдашнего представления о том, что такое фантастика, и это было сразу же замечено внимательными читателями.

- И всё же, бывает ли фантастика научной? И если да, действительно ли НФ своё отжила? И если да, то что её может заменить для читателя? Природа ведь не терпит пустоты.

- Фантастика безусловно бывает НАУЧНОЙ. И в этом "поджанре" она достигает своих высот, иногда - впечатляющих. "Туманность Андромеды" И.Ефремова, "Непобедимый" С.Лема, "Штамм АНДРОМЕДА" М.Крайдома: Однако, НФ это всегда столкновение человека с Природой, а художественная литература вообще - о коллизиях типа человек-человек, человек-общество: НФ рождена Второй научно-промышленной революцией, вскормлена и вспоена научно-техническим прогрессом и существует лишь постольку, поскольку люди сохраняют интерес к нему. Художественная же литература возникла вместе с Мифом и как Миф ещё во времена пещер и костров, и будет существовать, пока человек сохраняет интерес к себе и себе подобным. Здесь и проходит граница. НФ умерла сейчас, а может быть, и не умерла, а просто в обмороке (или впала в анабиоз). Роль её - и вполне успешно - играют фэнтези, литература ужасов и аналогичные духовные наркотики, помогающие уйти от действительности в мир сладких грёз и страшных, но абсолютно безвредных кошмаров.

- Отсюда и другой вопрос: с чем связана столь откровенно высказываемая людьми неприязнь к науке? Ведь не могут же люди не понимать, что все блага цивилизации даны именно наукой и будущее человечества, как цивилизации технологической, опять же связано только с ней.

- Я думаю, тут вся беда в том, что средний и особенно - далёкий от научной работы человек ощущает себя обманутым. Помните, как у Ильфа: "Все кричали: радио, радио! Будет радио, и всё станут счастливыми, и вот: радио есть, а счастья - нет:" Наука обещала силу и богатство, и она, надо признаться, выполнила своё обещание: человечество стало сильнее и богаче. Но какое среднему человеку дело до большинства? И, кроме того, выяснилось: чем человечество сильнее, тем больше оно нуждается в безопасности, а чем богаче, тем более нехватает ему справедливости.

- Какие вещи братьев Стругацких являются, на Ваш взгляд, самыми важными - для читателей (Вы ведь можете судить об этом по многочисленным откликам) и для Вас? Совпадало ли Ваше мнение с мнением Аркадия Натановича?

- Если судить по тиражам и по количеству изданий - то "Трудно быть богом" и "Пикник:". Если по "цитируемости" - то "Понедельник:". Если, по отзывам близких знакомых, то "Улитка:" и "За миллиард лет:". Сами же АБС дружно (с точностью до распределения по местам) называли "Улитку:", "Град обречённый", "За миллиард лет:" и "Второе нашествие:". Кроме того, они очень любили "Отягощённые злом" (и жалели, что не повезло этой повести у читателя).

- Ваши произведения принимают на "ура" и массовый и высокоинтеллектуальный читатель. Как сейчас Вы оцениваете соотношение масс-культура-элитарная культура? Насколько может быть оправдано деление на "чистых" и "нечистых"?

- Практически мы всегда исповедовали принцип: "Писать надо так, чтобы это нравилось нам и нашим друзьям". Никаких других критериев "хорошо-плохо" мы не нашли. Подозреваю, что их и нет в природе. А значит - каждому своё. Ценитель Томаса Манна и Генриха Гессе должен иметь возможность в любой момент приобрести томик любимого писателя. Точно такой же свободой манёвра должен обладать и любитель сколь-угодно "жёлтого" бульварного чтива. Тем же, кто ужасается такому всеядному взгляду-подходу к столь важной проблеме, я рекомендовал бы обратить внимание на следующий многозначительный факт: огромное большинство квалифицированных читателей прошли путь от Беляева, через Хемингуэя к Достоевскому и Кафке, но я не знаю ни одного, кто прошёл бы по этой "эволюционной лестнице" в обратном направлении.

- Следите ли Вы за современной российской фантастикой? Чем отличается она от фантастики 80-х, 70-х, 60-х, наконец 50-х годов? Имеются ввиду не формальные отличия, не детали, а сам, скажем так, дух поколений?

- Я слежу за русской фантастикой очень внимательно. Во всяком случае, лучшее из публикуемого я обязательно прочитываю. Новая фантастика отличается в первую очередь свободой своей и раскованностью. Моё поколение было зажато внешней и внутренней цензурой, и так писать не умело. Вот уже несколько лет я жду прорыва в новое "литературное пространство". Третье и Четвёртое поколение наших фантастов успешно и вполне творчески освоили все без исключения художественные приёмы, поджанры, темы, сюжеты и подходы своих предшественников. Вот-вот им (поколениям) должно надоесть писать по-старому, и тогда-то прорыв и состоится (как состоялся в начале 60-х прорыв в современную фантастику моего, Второго, поколения).

- Ваш первый роман, роман Бориса Стругацкого: Как он писался? Что помогало Вам, что мешало? О чём он и что заставило Вас взяться за этот роман?

- Я счастлив, что сумел начать его, и трижды, четырежды счастлив, что сумел закончить. И всё. И не будем об этом больше.

- В соответствии с замеченной трансформацией авторского отношения к молодому поколению от "Гадких лебедей" до "Отягощенные злом", как ныне Вы относитесь к известной строке из песни "дадим шар земной детям"?

- Я не совсем понимаю, о какой "трансформации" (и о какой песне) идёт речь, и поэтому замечу только, что шар земной мы нашим детям не отдадим - они возьмут его сами, когда придёт их время. Наша главная задача: сделать так, чтобы дети наши были лучше нас. Но мы, к сожалению, этого делать не умеем. Более того - мы даже не совсем ясно представляем себе, что значит - "лучше".

- В движении фэнов, хорошо известном Вам, существует группа "Людены". Что Вы думаете о их деятельности, как оцениваете?

- Начав как фэны, "Людены" сделались сейчас самыми авторитетными знатоками творчества АБС в России (а значит, и в мире). Работа их давно уже вышла на вполне профессиональный литературоведческий уровень. Я читаю их тексты с почтением, удовольствием и даже с некоторым мистическим ужасом - далеко не всякому писателю дано ознакомиться с трудами Комиссии по своему творческому наследию.

- Вы не раз давали политический прогнозы, удивляющие своей точностью. Какой Вы видите Россию в 2005 году? Ведь это совсем рядом:

- Как известно, нет ничего труднее, как предсказывать близкое будущее. И чем оно ближе - тем труднее. Впрочем, сейчас каждому ясно, что Россия сегодня на развилке: либо мы пойдём торной дорогой мировой цивилизации (к постиндустриальному общества достатка, высокого уровня потребления и социальной стабильности), либо нас снова занесёт на "свой особый" путь, который, кстати, будет не таким уж "своим" и "особым" - латиноамериканский или африканский путь длительного экономического и социально-политического гниения (без доступа воздуха) под игом гнилой, насквозь коррумпированной диктатуры (этакое Гаити размером в одну седьмую суши). Интересно (для стороннего наблюдателя, разумеется), что путь наш должен определиться в ближайшие год-два и уж во всяком случае - на президентских выборах 96-го года.

- Ваши планы? Ваши конкретные рабочие планы, позволяющие нам надеяться на близкую встречу с Вами?

- Старая добрая заповедь АБС: о планах - никому и ничего.

- Что нужно, на Ваш взгляд, новому художественному журналу, собирающемуся публиковать только вещи являющиеся литературой? Что бы Вы пожелали такому журналу? Понятно, я задаю Вам этот вопрос как главный редактор журнала "Проза Сибири", который среди своих потенциальных авторов числит и Вас - Бориса Натановича Стругацкого.

- Новому журналу нужно прежде всего своё, собственное, особое лицо. Это - самое необходимое, но и самое трудное. К сожалению, у меня нет для вас советов по этому поводу. Если бы я знал, что вам посоветовать, я, может быть, сам основал бы журнал.

- Как Вы относитесь к идее проведения ежегодного фестиваля фантастики "Белое пятно" в Новосибирске и существует ли отличная от нулевой вероятность Вашего приезда в наш город?

- Чем больше фестивалей, "конов", семинаров, и вообще разных профессиональных тусовок - тем лучше. Но сам я на них, увы, не ездок. Так что интересующая Вас вероятность пренебрежительно мала. Но я с радостью и удовольствием желаю вашей затее удачи и успеха.

Б. Стругацкий

06.11.1994г.

Санкт-Петербург.