Предлагаем догадаться, какой из них писал репортёр светской хроники, а какой - корреспондент отдела культуры.

География будущего

Приз фестиваля фантастики "Белое пятно" разломился у меня в руках, едва я покинул зал, где мне его вручали. Отклеилась обсидиановая грань, словно не выдержала ожесточённого спора жюри, кому присуждать сам приз, а кому - денежную премию. Совсем недавно казалось, компромисс найден: в номинации рассказа победителями становятся двое, что было вначале не предусмотрено условиями конкурса, но вещи иногда реагируют на людские решения самым неожиданным образом - в результате не устоял даже камень.

Итак, праздничная неделя "Белого пятна" завершилась. Не ахти какой длинный срок, но для организаторов фестиваля эта дистанция ощутилась марафонской. Глядя на осунувшиеся лица Михаила Миркеса и Евгения Носова, мне иногда казалось, что ребята и сами не рады, что ввязались в это дело: почти полное безденежье, масса энтузиазма и мало возможностей, череда мелких нападок, переходящих в крупные, не один раз ставили проведение праздника на грань срыва. Но всё-таки свершилось.

Конечно, "Белое пятно" сегодня - это ещё не "Аэлита" или Интерпресскон с их устоявшимися традициями и постоянными гостями. Да и само условие литературного конкурса, на который принимаются только неопубликованные рукописи, не в достаточной степени привлекает для участия в нём известных авторов. Но тем интереснее такой конкурс для молодёжи, тем больше у неё возможностей именно здесь проявить себя.

Жаль, что на фестиваль так и не смог приехать Игорь Можейко, он же - Кир Булычёв. По словам видевших его недавно в Москве, известный писатель сам сейчас напоминает персонаж фантастического произведения - ходит по квартире весь опутанный проводами от датчиков: что поделаешь, больное сердце. Из-за болезни не смог принять участие в работе жюри и Владислав Крапивин, но зато приехал из Томска Виктор Колупаев, восемь последних лет не покидавший родного города. Мы давно уже не читали новых произведений этого автора, все эти годы, по его признанию, он занимался разработкой теории поля, и затворничество здесь, видимо, необходимо. Среди членов жюри были также Михаил Успенский и Василий Головачёв, писатели, которых особо представлять не нужно, а председательствовал на фестивале Геннадий Прашкевич, наш земляк, ставший в этом году лауреатом "Аэлиты".

Кульминационная часть - вручение призов - проходила ровно неделю назад, и к этому дню участники и гости уже несколько подустали от тесного общения друг с другом, но всё же конферецц-зал гостиницы "Сибирь" был полон. Сообщение о том, что премия за лучшую рукопись романа ("Опоздавшие к лету") вручается красноярцу Андрею Лазарчуку, было воспринято всеми с полным пониманием. Андрей в этом году собрал, пожалуй, все литературные премии в области фантастики, кроме самой престижной - "Аэлиты". В жанре повести жюри была отмечена рукопись томича Александра Рубана "Сон войны", а в номинации рассказа победителями стали сразу двое: Леонид Кудрявцев (Красноярск, рассказ "Карусель Пушкина") и Владимир Клименко (Новосибирск, рассказ "Урод"). Леониду Кудрявцеву досталась денежная премия в полмиллиона рублей, учреждённая нашей редакцией.

Среди официальных и закулисных событий фестиваля остаётся ещё слишком многое, чтобы попытаться это описать в коротком газетном отчёте. Были выставки и свои победители дизайнерских и художественных конкурсов, были встречи в Союзе писателей и в Доме актёра, в театрах шли спектакли, специально приуроченные к дням фестиваля. Пессимистические нотки, прозвучавшие в комментариях некоторых телевизионных репортажей, когда журналисты пытались рассуждать о перспективах "Белого пятна" и возможностях его продолжения на будущий год, кажутся мне всё-таки несколько необоснованными. Конечно, фестиваль дался его устроителям трудно, конечно, не было одного, как это теперь принято говорить, генерального спонсора, но было множество организаций, которые по частям, буквально по копейке, вносили свой вклад для того, чтобы праздник состоялся. И он состоялся. А если повезёт, то в эти же сроки на будущий год вновь вы увидите на афишных тумбах плакаты с эмблемой фестиваля "Белое пятно".

Владимир Клименко.

Эта дама меня обидела

В воздухе витали неподдельная любовь к письменной литературе и стойкий запах алкоголя. Проходивший мимо норково-дублёночный контингент "Сибири" косился на тусовку бородачей в неновых джинсах. В гардеробе мы столкнулись с Михаилом Шабалиным. Предсказав в своё время болезнь и смену губернатора НСО, в этот день он явно не предвидел осадков в виде дождя и смахивал на Ипполита в мизансцене "выход из душа в пальто". Впрочем, неожиданностями угощала не только природа. Ещё до начала церемонии вручения призов конкурса "Белое пятно" внимание присутствующих привлёк крупный любитель словесности из Омска господин К. Девяностокилограммовый книготорговец пытался вступить в силовое единоборство со своей спутницей. "Андрюша, не надо, - уверяли собравшиеся, заламывая ему руки,- она же дама". "Эта дама меня обидела!" - настаивал К.

Уже в конференц-зале сцена толи ревности, то ли творческих разногласий неожиданно возобновилась, и удерживали её на грани мордобоя четыре - пять литераторов.

Одно из мест в президиуме занимал мужчина в пляжных тапочках на босу ногу. "Боря, ты трезвый?" - спросили его прежде, чем пустить к столу. "Вполне",- ответствовал он. В программу вечера входила демонстрация межгалактической коллекции "Пять минут до выхода в тираж" студии альтернативной моды. "Вполне трезвый" Борис счёл нужным комментировать происходящее: "Вот если бы они были голые, это прибавила б им шарма". (Он также сообщил, что он не сын голубого песца.)

"Как вы полагаете, - спросила я у Шабалина, - сегодняшняя неординарность в поведении господ литераторов не спровоцирована ли астрологическими факторами?" Оказалось, что нет. Ни к каким дурным поступкам звёзды 24 ноября никого не толкали. Скорее это был день "высокой моды", причём очень необычной. В космосе, по словам астролога, "стояли унитазы вместо юбок".

Стояли они не только там. И когда один из призёров с угрожающим звуком начал искать к ним дорогу, спокойствие внушала мысль, что путь его будет краток.

Гликерия Любомудрова.